береста

Мастерская бересты Гуриных это изделия из бересты, резная береста, различные сувениры из бересты, а также всевозможные берестяные туеса, хлебницы из бересты, берестяные подносы, птицы счастья с резными берестяными крыльями, обработка бересты.

магазин береста

На этих страницах можно береста купить, купить изделия из бересты, купить берестяные сувениры, а также заказать берестяные изделия (береста на заказ).

Православные праздники
Статьи. Береста

Деревянные фигурки.

Деревянные фигурки – это даже не хобби, это память. Они существуют вместе с берестяными изделиями. Береста – это для хлеба, а дерево то ли для души, то ли ещё для чего. Не знаю. Почему память?

Потому что деревом я начал заниматься куда раньше, чем берестой. Наверное, ещё в училище. Нет, ещё раньше. В художественной школе.

Занятия по резьбе были у нас один раз в неделю. Вёл их педагог по фамилии Маркин. Через столько лет я, к сожалению, уже не помню ни имени его, ни отчества. Именно он научил меня резать треугольнички, основной элемент геометрической резьбы. Он же показал, какие резцы плохие, а какие хорошие. Плохие резцы – верхотурские. «Коньки». Почему «коньки»? Потому что их делали на том же заводе, что и коньки. Сталь что на коньках, что на резцах была плохая. Мы дошли до кудринской резьбы с подушечным фоном, и здесь моё обучение в художке закончилось.

Второй «подход» к резьбе был у меня уже в Тагиле, в училище. Кто-то дал мне кусочек высушенного липового дерева. Или я сам нашёл его среди дров в бабушкином доме. И стал резать. Сначала ножом для бумаги, сделанным из обломка пилки по металлу. Потом купил настоящий нож. Этот первый свой нож я помню довольно хорошо. Прямо на земле возле рынка сидел умелец и продавал самодельные инструменты. На сам-то рынок я, наверное, и не зашёл бы, а тут человек вовремя подвернулся. И я купил нож, сделанный из обломка какой-то фрезы. Мощное лезвие, удобная ручка. И резал дерево хорошо, не то, что ножичек для бумаги.

Тогда я подрабатывал сторожем на капустном складе. У сторожа времени много. Вот и стал я резать, чтобы чем-то занять время. Почему-то первым делом я вырезал зайца. Мне понравилось, и я стал резать дальше. После зайца был рыбак с зимней удочкой в руках и бутылкой водки в кармане. Рыбака этого я подглядел на киноэкране. Перед фильмом показывали небольшую зарисовку про мастеров-камнерезов. И там этот рыбачок был каменный. А я сделал своего, деревянного.

Именно тогда у меня пробудился «корыстный» интерес. Было золотое перестроечное время, когда каждый думал о том, как бы что-нибудь заработать. Не ждать, как говорится, милости от государства в виде тринадцатирублёвой стипендии, а попытаться заработать собственными силами. Именно на то время в нашей семье пришёлся пик «торговой активности».
Мы кинулись торговать всем, что мог дать нам наш огород и подсобное хозяйство. Картошка, лук, хрен, горох, малина. Заработки завораживали. За три часа торговли можно было выручить в два раза больше денег, чем была вся моя стипендия. И совершенно естественно на этом фоне возникла мысль попытаться заработать своим творчеством. Вот тут меня и ждало первое и далеко не последнее разочарование.

Примерно в это время молодёжный театр на Вагонке устраивал «вечеринку на всю ночь». Со спектаклем, выставкой, ярмаркой и буфетом с коньяком. Буфет с коньяком особенно привлекал внимание, потому что совсем недавно закончилась антиалкогольная кампания. А на ярмарке можно было продать свои работы в живописи, графике и прикладном искусстве. Для художников вход был свободный, а для всех людей нетворческих за плату.

Вдохновлённый перспективами продажи своих деревянных фигурок, я их нарезал некоторый запас. Штук шесть-семь. Надел свои любимые белые штаны и поехал. Тогда я любил ходить в белых штанах. Посмотрел я спектакль, посмотрел выставку. А как дошло дело до ярмарки, у меня ничего не купили. Ни зайчиков, ни рыбака с бутылкой, ни туриста с гитарой, ни старушку с грибом. Ни даже «чучундру», смешную фигурку с дырочкой, чтобы надевать на палец. Совсем убило меня то, что у друзей моих, которые принесли керамические фигурки, торговля шла довольно бойко. Тут бы с горя и воспользоваться услугами диковинного буфета с коньячком, но денег у меня было только на два трамвайных билета. Потому что ехать приходилось с пересадкой на двух трамваях. Сидеть же в театре и горевать весь остаток ночи – на это у меня сил не было. Я вышел на улицу и пошёл.

Было уже часа два ночи, трамваи не ходили. Я пошёл пешком. Сначала двенадцать километров от Вагонки до вокзала, потом ещё четыре километра от вокзала до улицы Доменной, где я тогда жил. Я шёл мимо громадных заводских труб, заборов и таинственных огней.. Я шёл мимо чёрного гладкого ночного пруда. Мимо скал Лисьей горы и серых домиков Гальянки. Я скоро устал, и тогда поутихла немножечко боль от собственной неудачи на фоне чужих успехов. Придя домой, я рухнул на кровать и уснул. А на другой же день раздарил все непроданные фигурки. Теперь и не помню кому.

Я пробовал резать разные породы дерева. Мягкие и твёрдые. Липа, берёза, черемуха, бук. Пробовал подражать богородским резчикам. Они режут из липы и не шкурят свои изделия. Срез должен быть чистым, блестящим. На таком изделии видны следы ножа или стамески. Оно не требует лакировки или пропитки. Богородская резьба – это только дерево и ничего более. Попробовал и понял, что не смогу постичь, вместить это искусство чистого среза. Промысел, который начался в 14-м веке с лёгкой руки «первого игрушечника» Преподобного Сергия, требовал серьёзного изучения. А в училище нас резьбе по дереву не учили совсем. Мы же оформители. Когда я сообразил, что богородская резьба мне не по силам, стал искать «свой путь». Стал брать дерево потвёрже, стал шкурить. Только это случилось уже потом. Должно было пройти довольно много времени, прежде чем я опять взялся за нож.

Сразу после училища мне было не до резьбы. Даже нож свой потерял. Тогда я учился делать туески. Расслаивал бересту, срезал наросты и мечтал о настоящем токарном станке для точения донышек. Единственное, что я тогда вырезал, был штамп, которым я хотел делать тиснение. Штамп получился неудачным, оттиск на бересте был неглубок.

К резьбе я вернулся позже. Это случилось уже здесь, в Новоуральске. Мне стало ясно, что денег на резьбе не заработаешь, и я начал резать «просто так». Первым моим опытом на родной земле стала вот эта иконка, вырезанная из бука. Тогда мы разбирали старые кресла, и мне понравились их толстые буковые доски.

Вторую иконку, побольше, я вырезал во время своей работы в столярном цехе. Как сейчас помню. Зашёл в туалет и на умывальнике увидел хорошую дубовую дощечку сантиметров пятнадцати в длину. Не раздумывая, схватил и сунул дощечку в карман. Эта икона была первой моей работой из дуба. Потом я её подарил знакомому священнику Фоме Абелю. Может быть, она и сейчас у него. И третья икона, из берёзы, сейчас стоит у нас в рабочем кабинете.

Так вот и существуют у нас параллельно два промысла – береста и резьба по дереву. Бересты побольше, резьбы поменьше. И сильно поменьше. За резьбу я берусь лишь иногда. Если попадётся хороший кусок дерева. Нашёл кусок подгнившего капа, вырезал рыбок. Одну добрую и одну злую. Причём злую только через несколько лет после доброй.

Из того же куска лисичка.. А вот Голдерский лис из черёмухи Маака.

Дерево – это не береста. Из бересты нужно всё делать быстро. Пришёл заказ – садимся резать. А с деревом можно не спешить. Не на продажу ведь. Вот попался под руку кусок какого-то плодового дерева. Вырезал город. А вот и второй такой же город из подобного же куска. Когда я его закончу? Может быть, когда-нибудь и доделаю.

Может быть интересна «душистая резьба». Из можжевельника. У него очень пахучая древесина. Потрёшь можжевеловую рыбу, запахнет чем-то лесным, хвойным. У нас вокруг Новоуральска можжевельник вырастает «очень» толстым. Конечно, не как на Юге, но сантиметров до семи бывает. Говорят, что толстые стволы можжевельника встречаются только в экологически чистых местах. Неужели и у нас тоже чистое место? Несмотря на радиацию и металлургические заводы поблизости.

Деревянную фигурку не вырежешь, не пролив капельку крови. Довольно часто острый как бритва резец вместо того, чтобы послушно срезать слои дерева, ткнёт тебя в палец.. Случаются и более серьёзные порезы. Береста гораздо более безопасна. Приёмы безопасной работы с берестой понятны. Их легко объяснить детям. А как уберечься от порезов, вырезая деревянную фигурку? Этому не научишь, тут нужно полагаться только на здравый смысл. Поэтому очень мало существует кружков и студий, где учат резьбе по дереву. И почти не встречаются деревянные человечки и зверушки, вырезанные детскими руками.

Резных фигурок у нас так мало, что все они вполне могут поместиться на одной небольшой полке. А недавно мне отдали ещё одну дубовую досочку. Совсем как та, что я когда-то нашёл на умывальнике. Что бы из неё сделать?


Перейти в фотоальбом Пряничные доски, пасочницы, деревянные фигурки

Просмотров: 8383 | Рейтинг: 5.0/5 
Дата: 15.03.2011 | Пользователь: береста
Всего комментариев: 0
avatar
Наперстки "Купола"
Сувенирные напёрстки, игольницы
Наверх | Береста Workshop | О нас | О промысле | Мастерская | Галерея | Мастер-класс "Береста" | Связь
Проза.ру. Произведения Александра Гурина
Форум Новоуральска
Художественная резьба по дереву
Коллекция колокольчиков
© Beresta Workshop, 2007-2018 
© Гурин Александр Вячеславович 
© Гурина Альфия ВикторовнаРазработка сайтов, фотограф, г.Москва: Александр Сафонов
Сайт управляется системой uCoz
•Beresta Workshop• 
Главная